header photo

Главная - Военное дело - Вооружение

Кулешов Ю.А. Новая находка шлема «цзиньского» типа в Восточной Европе

Кулешов Ю.А. Новая находка шлема «цзиньского» типа в Восточной Европе // Военни експедиции, въоръжение и снаряжение (античност и средновековие). Acta Musei Varnaensis. X–2. Варна, 2018. С. 53-62.

Несколько лет назад нами, в соавторстве с В.А. Гусыниным была опубликована статья, посвящённая находкам шлемов „цзиньскго“ типа в Восточной Европе1. Данный тип шлема весьма специфический, он является инородным для Восточной Европы, и его невозможно спутать со шлемами других типов. Впервые этот тип шлемов был выделен российским оружиеведом Л. А. Бобровым2. Это стало возможным благодаря изучению в последние годы чжурчжэнского комплекса вооружения и публикации рядом исследователей российского Приморья находок с ним связанных3.
Данный тип шлемов появился в Империи Цзинь, предположительно в XII в4. Помимо самой Империи он был распространён в государстве Восточное Ся. По сути, это были северо-восточные имперские провинции, ставшие независимыми благодаря мятежу одного из местных полководцев, в 1215 г. Их независимость продержалась не долго, и они погибли практически одновременно с самой Империей. По этому, здесь мы смело можем говорить о самобытной вещи входившей изначально в единый комплекс вооружения, что уже впрочем, отмечалось5.
В ходе завоевания Империи Цзинь монголо-татарами массово были захвачены имперские арсеналы6. Вследствие чего данный тип шлемов попал в комплекс вооружения захватчиков и стал прочно ассоциироваться с ними в глазах покорённых народов. В пользу данного утверждения свидетельствуют, как минимум две серии шлемов паявшихся на захваченных монголо-татарами территориях7.
Ранее нами было уже приведено пять находок, с территории Восточной Европы, связанных с данным типом шлемов. Это целый экземпляр с городища Козьи скалы в районе Кавказских Минеральных Вод, один козырёк и одно навершие относящиеся к разным боевым оголовьям, с Золоторёвского городища, в Посурье, одно навершие с городища Выжегша, близ г. Юрьев-Полький, и ещё одно навершие из коллекции Шиловского краеведческого музея Рязанской области8. И вот, в нашем распоряжении оказалась новая, шестая по счёту находка, ей и посвящена данная публикация.

-53-



Рис. 1. Шлем из черниговской области (фото Е. В. Гредунова)


Рис. 2.
Шлем из черниговской области (художник А. А. Соколов)

Целый шлем происходит из коллекции киевского коллекционера Евгения Гредунова, он был найден несколько лет назад на Украине, в черниговской области*.1 Боевое оголовье представляет собой низкую цельнокованую полусферическую тулью, с прикреплённым венцом, и увенчанную двухступенчатым навершием (рис. 1-2). Диаметр шлема –20,5 х 20 см, общая высота – 17,2 см, высота тульи без навершия – 10 см. В центре тульи находится технологическое отверстие, его диаметр - 2.5 см. Оно закрыто двухступенчатым навершием, общая высота которого – 7,5 см. Основание навершия свёрнуто в виде усечённой воронки, и смонтировано на тулье путём 5 заклёпок, его высота – 2,5 см, диаметр – 7,5 см. Верх навершия выполнен в виде воронки переходящий в цилиндрический держатель плюмажа, его высота – 5 см, диаметр – 4.5, диаметр отверстия для плюмажа – 1,3 см. Оно крепится к основанию 4 заклёпками. Нижний край обоих ступеней местами разрушен коррозией. Швы обоих ступеней располагаются на затылке тульи, и немного смещены друг от друга. Само навершие слегка наклонено назад. Стоит отметить, что в целом навершие, в отличие от тульи сделано несколько грубовато.
К нижнему краю тульи приклёпан венец, состоящий из двух половин, смонтированный на 8 заклёпках. Нижний край венца ровный, а верхний расширяется от затылка ко лбу. Вследствие чего получается, что тулья немного закинута назад. Высота венца спереди – 5 см, по бокам – 4 см, сзади – 3,5 см.

----------
* Пользуясь случаем, автор хотелбы поблагодарить Е. В. Гредунова за возможно опубликовать находку, и оказанную помощь в подготовке её к публикации.

-54-



Рис. 3. Шлем из черниговской области. Реконструкция первоначального вида (художник А. А. Соколов)

Для лучшей подгонки верхний край венца слегка подогнут к тулье, в виде снятой фаски. Обе половины венца стыкуются по бокам шлема, со смещением к затылку, швы вертикальные, ровные. При этом края передней половины перекрывают края задней, с правой стороны на – 1 см, с левой на – 4 см. Между собой половины венца крепятся заклёпками, по две с каждой стороны, при этом верхние заклепки одновременно крепят венец и к тулье. По нижнему краю венца пробиты монтажные отверстия для бармицы. Они располагаются группами по 4-5 отверстий. чётко прослеживаются 3 группы, две в районе висков, и одна в районе правого уха. Видимо, ещё одна группа должна располагаться и с противоположной стороны, но область над левым ухом разрушена коррозией. Также частично от коррозии пострадал нижний край венца в районе затылка, возможно, там тоже располагались группы монтажный отверстий для бармицы. С лицевой стороны край венца слегка отогнут под углом 45º. При этом, в процессе отгиба он чуть лопнул по центру. Сам отгиб был сделан для монтажа козырька. В пользу этого свидетельствуют сохранившиеся два его небольших фрагмента. Они были наложены сверху на отогнутый край венца, один по центру, а второй с левой стороны. Оба фрагмента крепятся заклёпками. Также, с левой стороны сохранилась ещё одна заклёпка, которая крепила козырёк к венцу. На их основании можно говорить о том, что сам козырёк располагался под углом 75º, а его основание было отогнуто, для подгонке к тулье. Приблизительная длина козырька была около 14 см. В целом стоит отметить, что венец изготовлен несколько грубовата по отношению к тулье (рис. 3).

-55-



Рис. 4.
Шлем с городища Козьи скалы (художник А. А. Соколов)

С левой стороны венца сохранились следы древесного тлена. Это указывает на то, что шлем был найден на полу какой-то постройки. При этом, в лицевой части шлема, на границы тульи и навершия присутствуют две вмятины от ударов, слева, и справа от центра. С левой стороны удар был более сильным, вследствие чего смята не только тулья, но немного и нижняя часть навершия. Судя по характеру ударов, видимо они были нанесены кистенем, так как при ударе булавой площадь поражения получается значительно больше9. Скорее всего в процессе этих ударов шлем и был сбит с головы и в последствии утерян. В пользу того, что данные удары оказались фатальными свидетельствует отсутствие следов ремонта.
Ближайшей аналогией публикуемому шлему является шлем найденный на валу аланского городища Козьи скалы, у горы Бештау, в районе Кавказских Минеральных Вод10. Он был утерян во время монголо-татарского вторжения на Северный Кавказ (рис. 4). Указанный шлем конструктивно практически аналогичен

-56-



Рис. 5.
Шлем найденный на Краснояровском городище в 2003 г. (С. Д. Прокопец 2007)

публикуемой находке, за исключением навершия. У козьескальской находки оно свёрнуто из единой заготовки. Так же стоит отметить, что он выполнен чуть аккуратнее. В частности обращает на себя внимание более выверенная подгонка деталей.
Ещё одной конструктивно аналогичной находкой является один из двух шлемов найденный в 2003 г. в Приморье, на Краснояровском городище, в районе центральных ворот11. К сожалению, у шлема частично спереди обломан венец, вследствие этого, видимо, утерянным оказался козырёк. Также утеряно и навершие, остались только 3 отверстия, для его монтажа. Но их количество указывает на то, что оно было изготовлено из единой заготовки, как у козьескальской находки (рис. 5). При этом, стоит отметить, что венец у всех трёх находок монтировался одинаковым количеством заклёпок, по восемь.
Внешне всём трём находкам близок ещё один шлем, он был случайно обнаружен в устье р. Сымылты, в Горном Алтае12. Единственное его отличие заключается в том, что тулья шлема в данном случае не цельнокованая, а собрана из 4 секторов склёпанных внахлёст. При этом их расположение слегка не симметрично. И из публикации не совсем понятно, был ли у шлема изначально козырёк, или его роль выполнял отогнутый расширяющийся спереди венец (рис. 6).

-57-



Рис. 6.
Шлем найденный в устье р. Сымылты (В. И. Соёнов 2004)

Таким образом, перед нами четыре находки одного круга. При этом три из них выполнены в одной технологии, а четвёртая их явное подражание. Ранее козьескальская и сымылтинские находки были уже отнесены нами к монголотатарскому комплексу вооружения13. Туда же стоит отнести и публикуемый шлем. В тоже время, находку с Краснояровского городища стоит соотносить исключительно с чжурчжэньским комплексом вооружения. Дело в том, что на этом памятнике нет следов разрушения захватчиками. Более того, данный шлем, скорее всего, по происхождению арсенального хранения, так как был найден вложенным в другой14.
Между тем, на основании одинаковой технологии, мы можем предполагать, что черниговский и козьескальский шлемы были изготовлены в Империи Цзинь, а уже позже попали в качестве трофеев к монголо татарам. В пользу данного предположения свидетельствует разные по качеству исполнения, в случае с публикуемой находкой, с одной стороны навершия с венцом, с другой тульи шлема. На первый взгляд объяснение этому нюансу можно видеть в том, что эти элементы были изготовлены мастерами с разным уровнем квалификации. Отчасти это верно. Но, если обратить внимание на тульи шлемов «цзиньского» типа то, в глаза сразу бросается ярко выраженная унификация, практически некий стандарт. При этом ранее уже высказывалось предположение, что они отковывались на неком шаблоне15. А, на наш взгляд, тульи у данной группы шлемов изготовлялись скорее даже путём штамповки. А уже позднее, в другом месте, и другие мастера их оборудовали навершиями, венцами и козырьками.
Подтверждение тому мы видим в следующим. Производство оружия в Империи Цзинь, как и чжурчжэней Восточного Ся находилось под жёстким государственным контролем16. Как показали археологические исследования металлообрабатывающих комплексов эпохи Империи Цзинь и Восточного Ся в российском Приморье, характер производства оружия в них не предполагал получение готового продукта. Он был нацелен лишь на изготовления комплектующих. Так среди следов оружейного производства на Шайгинском

-58-


городище обнаружены 2 пачки панцирных пластин фасованных по 10 штук каждая. В двух других случаях, стопа крюков для наконечников комбинированных копий, из 25 штук, и пачка наконечников стрел, 50 штук17. Производство же самого оружия, судя по всему, происходило непосредственно в арсеналах18.
С одной стороны это может объясняться массовым, скорее даже фабричным характером производства. А с другой, попытками государства исключить любую возможность незаконного доступа к обороту оружия, как собственного населения, так и контрабандистов. В пользу второго предположение свидетельствует наличие у чжурчжэней должности специального чиновника, в обязанности которого входило непосредственное наблюдение за изготовлением оружейного полуфабриката19. В свою очередь, из истории мы хорошо знаем, на сколько опасными были народные восстания для правителей дальневосточных государств, к примеру, гибель династии Юань. А в особенности контрабандные поставки оружия северным варварам20. Именно они помогли вооружиться монголам и, в конечном итоге, уничтожить династию Цзинь21.
Таким образом, всё выше изложенное, свидетельствует в пользу нашего предположения об изначальном появлении публикуемой и козьескальской находок в чжурчжэньских оружейных мастерских.
Более того, на основании этого мы теперь можем выделить новый устойчивый подтип „цзиньской“ группы шлемов. Для которого, характерен расширяющийся к лицевой части венец, высокое накладное навершие, и козырёк.
Судя по тому, что на территории Восточной Европы, на сегодняшний день известны находки исключительного это типа шлемов „цзиньской“ группы, или деталей с ними связанных, мы смело можем утверждать, что именно он получил распространение в среде монголо-татар. Собственно, как мы и предполагали ранее22.

 

1. Ю. А. Кулешов, В. А. Гусынин. Находки шлемов «цзиньского типа» с территории Восточной Европы. – Военное дело в Азиатско-Тихоокеанском регионе с древних времён до середины XX века, 2. Владивосток, 2012, с. 33–50.
2. Л. А. Бобров. Шлемы „цзиньского“ типа: конструктивные особенности и вопросы эволюции. – История и культура Улуса Джучи 2006. Бертольд Шпулер «Золотой Орда»: традиции изучение и современность. Казань, 2007, с. 267–287.
3. В. Э. Шавкунов, А. Л. Мезенцев. чжурчжэньский шлем. – Краеведческий вестник. Вып. 1. Владивосток, 1993, с. 94–99; Н. Г. Артемьева. Предметы защитного вооружения с Краснояровского городища. – Россия и АТР, 4. Владивосток, 1999, с. 115–119. рис. 1–2; С. Д. Прокопец. Новый тип оформления чжурчжэньского шлема. – Восьмая дальневосточная конференция молодых

-59-


историков. Сборник материалов. Владивосток, 2004, с. 200–203; Он же. Новые находки защитного вооружения из Краснояровского городища. – Археология, этнология, палеоэкология Северной Евразии и сопредельных территорий. Материалы XLVII Региональной (III-й всероссийской с международным участием) археолого-этнографической конференции студентов и молодых ученных Сибири и Дальнего Востока (г. Новосибирск, 3–7 апреля 2007 года). Новосибирск, 2007, с. 174–176, рис. 2.
4. Л. А. Бобров. Шлемы „цзиньского“ типа…, с. 270.
5. В. Э. Шавкунов, А.Л. Мезенцев. чжурчжэньский шлем…, с. 99; Н. Г. Артемьева. Предметы защитного вооружения…, с. 117–119.
6. Л. А. Бобров. Шлем «цзиньского типа» из Внутренней Монголии. – Военная археология: Сборник материалов семинара при Государственном историческом музее, 1. Москва, 2008, с. 108.
7. Ю. А. Кулешов. Об одной серии ранних золотоордынских шлемов из музейных коллекций Украины и Болгарии. – Добруджа, 32: Сборник в чест на 60 години проф. д.и.н. Георги Атанасов. Силистра, 2017, с. 537–558.
8. Ю. А. Кулешов, В. А. Гусынин. Находки шлемов „цзиньского типа“ с территории Восточной Европы, с. 45, 47. рис. 3, 7-8, 10–11.
9. Ю. А. Кулешов. Уникальный позднесредневековый шлем с Юга России. – Военная археология, 4. Москва, 2018, с. 192.
10. Ю. А. Кулешов, В.А. Гусынин. Находки шлемов «цзиньского типа» с территории Восточной Европы, с. 35–36, 45, рис. 3.
11. С. Д. Прокопец. Новые находки защитного вооружения из Краснояровского городища, с. 174-175, рис. 2,1.
12. В. И. Соёнов. Шлем из Сымылты. – Археология и этнография Алтая. Горно-Алтайск, 2004, с. 111–115.
13. Ю. А. Кулешов, В. А. Гусынин. Находки шлемов „цзиньского типа“…, с. 35–39.
14. С. Д. Прокопец. Новые находки защитного вооружения…, с. 175.
15. В. Э. Шавкунов, А. Л. Мезенцев. чжурчжэньский шлем, с. 95.
16. С. Д. Прокопец. Производство и оборот защитного вооружения у чжурчжэней Приморья. – Вестник НГУ. Серия: История, филология, 9, вып. 3. Новосибирск, 2010, с. 163.
17. В. Д. Леньков. Металлургия и металлообработка у чжурчжэней в XII веке (по материалам исследований Шайгинского городища). Новосибирск, 1974, с. 167.
18. С. Д. Прокопец. Производство и оборот защитного вооружения у чжурчжэней Приморья, с. 162–163.
19. С. Д. Прокопец. Защитное вооружение чжурчжэней (основные итоги исследования). – Воинские традиции в археологическом контексте: от позднего латена до позднего средневековья. Тула, 2014, с. 112.

-60-


20. Ю. А. Кулешов. Оборот оружия в Золотой Орде. – Золотоордынская цивилизация, Вып. 7. Казань, 2014, с. 200.
21. Ю. А. Кулешов. „Монгольская латная конница“ – историческая реальность, или научная спекуляция (К вопросу о тактике монголо-татар в период Великого завоевание). – Золотоордынская цивилизация, 5. Казань, 2012, с. 157–158.
22. Ю. А. Кулешов, В. А. Гусынин. Находки шлемов „цзиньского типа“…, с. 39.

-61-