header photo

Главная - Библиотека - Археология

Лавыш К. А. Элементы материальной культуры Золотой Орды в средневековых городах Беларуси

Лавыш К.А. Элементы материальной культуры Золотой Орды в средневековых городах Беларуси // История и культура средневековых народов степной Евразии. Материалы II Международного конгресса средневековой археологии Евразийских степей. Барнаул: Изд-во Алт. ун-та. 2012. 248 с. ISBN 978-5-7904-1234-9

На территории Беларуси найдено несколько групп изделий, связанных своим происхождением или генезисом с материальной культурой Золотой Орды. Они указывают на определенное присутствие в средневековых городах Беларуси выходцев из Золотой Орды или их ремесленных традиций.

О контактах средневековых городов Беларуси с Золотой Ордой свидетельствует заметная группа керамики, которая появляется здесь в XIII в. На территории Беларуси найдены фрагменты самой распространенной группы золотоордынской керамики — кашинной керамики с рельефной моделировкой поверхности и полихромной подглазурной росписью. Керамика этого типа имела выпуклый подглазурный декор, который в большинстве случаев достигался росписью густым ангобом, имевшим силикатную основу, т.е. фактически жидким кашином. Для полихромной росписи характерны темно-зеленый, реже темно-синий или темно-коричневый контуры рисунка и синие точки и бирюзовые пятна, разбросанные на светлой поверхности. Довольно часто свободный фон заполнялся штрихами и точками. Наружная сторона чаш почти всегда декорировалась стилизованным изображением лепестков лотоса, с включением синих точек, иногда медальонами с синими точками. Орнаментация внутренней стороны чаш разнообразна. Орнамент располагался чаще всего концентрическими кругами от центрального мотива или небольшого медальона, обозначавшего центр, или радиально. Популярными мотивами были лотос, различные растительные и геометрические розетки, стилизованные ныряющие рыбки. Зооморфные мотивы встречаются реже. Использовался и эпиграфический декор. Фрагменты этого типа керамики выявлены в Новогрудке, Лукомле, Слониме, Друцке, Гродно (Гуревич, 1981. С. 110. Рис. 89.-2; Штыхов, 1969. С. 321, 339. Рис. 15.-6; Коваль, 2005. С. 57—59). Это мелкие фрагменты чаш с орнаментом, выполненным зеленым контуром на светлосером фоне и дополненном синими точками. На фрагменте из Лукомля прочитывается растительный орнамент, на фрагментах из Новогрудка и Слонима – косая сетка, выполненная синим кобальтом.

К группе золотоордынской поливной посуды примыкают кашинные бусы (6 экз.), найденные на Замковой горе в Мстиславле Л.В. Алексеевым. Эти бусы покрыты бирюзовой поливой и имеют сложную форму, в своей основе бочонкообразную, с валиками вокруг отверстия и пресекающимися косыми насечками, которые образуют решетку или зигзаг. Большое количество кашинных золотоордынских бус происходит из Новгородской земли (Ю.М. Лесманом учтено 384 экз.). Самые ранние образцы происходят из комплексов, синхронных XIV ярусу в Новгороде, который датируется приблизительно 1238—1268 гг., причем более 50% бус могут быть отнесены ко времени функционирования застройки XIV яруса. Находки XIV в. немногочисленны. Ю.М. Лесман (1994. С. 191—193) считает, что такая ранняя датировка массового поступления кашинных бус в Новгородскую землю и их быстрый выход из обращения свидетельствуют об их разовом поступлении практически сразу после монгольского завоевания Руси, и связывает это поступление с торговой операцией купца, прибывшего в Новгород вместе с ордынскими послами в 1257 г. или численниками в 1259 г. Бусы из Мстиславля аналогичны одному из вариантов фигурных бус, найденых

—85—


в Новгородской земле (Лесман, 1994. Рис. 1.-6).

С золотоордынским кругом связан ряд костяных накладок для украшения колчана, найденных в Турове, Бресте, Мстиславле, Минске, Друцке, Гродно, Новогрудке, Лукомле и Волковыске. Все они объединены сходной формой узких вытянутых пластин, общим характером и приемами орнаментации, где использованы геометрические, растительные и зооморфные мотивы. Они принадлежат к золотоордынскому кругу и находят аналогии среди костяных накладок на колчан XIII—XIV вв., найденных в Поволжье.


Рис. 1.
1a–c — накладки на колчан (кость, резьба). Золотая Орда. 2-я половина XIII — XIV в. Найдены в Турове (Брестская область).
Раскопки П.Ф. Лысенко (по: Штыхов, Поболь, 1972. С. 103. Рис. 38. 1—3);
2–3 — накладки на колчан (кость, резьба). Золотая Орда. 2-я половина XIII — XIV в.
Найдены в Бресте. Раскопки П.Ф. Лысенко. Брестский областной краеведческий музей.

Среди них выделяется группа костяных накладок на колчан с мотивом оленя. На накладках из Турова и Бреста орнамент расположен горизонтальными поясами на поверхности вытянутой по вертикали узкой прямоугольной пластины. На брестской находке в нижнем поясе пластины изображен лежащий олень с подогнутыми ногами и большими разветвленными рогами (Лысенко, 1985. С. 279. Рис. 190.-4). Изображение выполнено схематично. Выше расположены поясами геометрические и растительные элементы. Брестская находка по организации орнамента и орнаментальным мотивам очень близка пластинам, украшавшим колчан из позднекочевнического погребения XIII—XIV вв. (курган №14, погребение 1) у с. Сидоры (Михайловский район Волгоградской области) (Малиновская, 1974. С. 154. Табл. VIII.-22). В Бресте обнаружен еще один фрагмент костяной накладки на колчан — нижняя часть пластины с изображением стоящего оленя на фоне, покрытом косой штриховкой и пояском геометрического орнамента. В Турове найдено три пластины, на одной из них в нижней части помещено изображение лежащего оленя, компактное по очертаниям, с небольшими рогами (Очерки по археологии Белоруссии, 1972. С. 103. Рис. 38.-1—3). Фон изображения покрыт косой штриховкой. В верхней части пластины помещен спиральный растительный элемент, который делит плоскость по вертикали на две части, одна из которых заполнена косой штриховкой. Вторая пластина аналогична указанной выше, а третья представляет собой узкую длинную пластину, окаймлявшую боковую пластину основного набора.

Особого внимания заслуживают шесть костяных накладок для колчана из Мстиславля, орнаментированные геометрическими, растительными и зооморфными мотивами (Алексеев, 1962. С. 198. Рис. 1). Основную часть орнаментированной поверхности занимает геометрический орнамент (зигзаг, плетенка, ромбы, косые крестики). Очень примечателен зооморфный мотив нижней части центральной пластины, которая имеет форму лопаточки. Он представляет собой сдвоенных (с общим телом) кошачьих хищников (львов или барсов). Головы их динамично повернуты друг к другу, в пасти они держат две человеческие головы в шапках. Изображение выполнено врезанной неглубокой контурной линией, уверенно

—86—


и выразительно. Скорее всего, эта композиция является каким-то символом, смысл которого пока скрыт от нас. Такой фантастический зооморфный мотив необычен для золотоордынских костяных накладок на колчан, тем не менее его можно соотнести с зооморфными мотивами (в основном кошачьи хищники) накладок из с. Верхнее Погромное (Малиновская, 1974. С. 149—150, 156, 158. Табл. IV).

Выраженные степные кочевнические черты имеет костяная пластина из Минска (Алексеев, 1962. С. 205. Рис. 6.-1). Она узкой вытянутой прямоугольной формы, украшена геометрическим орнаментом и характерным спиралевидным мотивом. Три зоны, орнаментированные поясками из зигзагов, ромбиков и кружков, выполненными выемчатой техникой, чередуются с двумя ажурными участками, один из которых украшен характерной для искусства кочевого мира волютообразной спиралью, а другой — сеткой четырехлепестковых косых крестиков.

При раскопках детинца в Друцке в слое XIII в. были найдены фрагменты двух накладок степного кочевнического облика (Алексеев, 1962. С. 208—209. Рис. 6.-3—4). На одном из них сохранились четыре горизонтальных орнаментальных пояска из геометрических элементов (зигзаги, треугольники и ромбы). В Гродно и Новогрудке найден ряд фрагментов костяных накладок, которые могут быть связаны с украшением колчана и налучья (Гуревич, 1981. С. 102. Илл. 79.-6—7).

Несколько особняком стоят накладки из Волковыска и Лукомля, орнамент на которых скомпонован вдоль длинной стороны пластины (Зверуго, 1975. С. 56. Рис. 18.-9; Пластыка Беларусі, 1983. Ил. 10, 11). Орнаментация известных накладок на колчан построена по противоположному принципу — узкими горизонтальными поясами на поверхности неширокой вертикальной пластины. Возможно, эти накладки украшали какой-либо иной предмет либо являлись местными вариациями на кочевнические темы. С края пластины, найденной в Волковыске, помещен пояс геометрического орнамента с расположенными в шахматном порядке заштрихованными и гладкими клеточками, в следующем поясе изображен стоящий олень, далее — растительные элементы. Фон изображений заполнен косой штриховкой. Эта накладка близка другой накладке из Волковыска, где прорисованы бегущие друг за другом дракон, кошка и олень и такой же шахматный узор из заштрихованных и гладких клеточек. На накладке из Лукомля показаны бегущие друг за другом львы с «процветшими» хвостами, они очень условны и скорее похожи на собак. Тела животных украшены подпругами. Заполненный косой штриховкой фон изображений, плоскостность, условный врезанный контур, мотив дракона и оленя, фризовое расположение животных сближают рассматриваемые накладки с кочевническими накладками для колчана, однако расположение фигур вдоль длинной стороны пластины, отсутствие треугольников, ромбов и зигзагов, выполненных в выемчатой технике, не характерно для золотоордынских образцов.

Отдельную группу образуют накладки на сумку, связанные с золотоордынской традицией. Они имеют круглую форму с шестью лепестками по окружности, в центре помещено изображение кошачьего хищника с повернутой назад головой и поднятым хвостом, голова и хвост почти соприкасаются, и фигура образует кольцо. Такие накладки были найдены в западной части Витебской губернии, Турейске и у д. Вензовщина
(Щучинский район Гродненской области) (Квятковская, 1998. С. 129. Рис. 48.-1, 4. Фото 40).

С золотоордынской традицией связаны серьги в виде вопросительного знака, распространенные на Руси в XIV в. Они состояли из проволочного стержня, изогнутого наподобие вопросительного знака, на конец которого надета бусина. На территории Беларуси такие серьги найдены в Гродно, Новогрудке, Волковыске, д. Родзьки (б. Холомерская волость б. Городокского уезда), сельских поселениях Понеманья. Аналогичные серьги известны в древностях Волжской Болгарии и Золотой Орды (Седова, 1981. С. 15—16; Гуревич, 1981. С. 4; Археалогія Беларусі, 2001. С. 290—291; Сементовский, 1890. С. 72; Крамаровский, 2001. С. 232—233, 305—306. Кат. №75—76, 366—369).

К началу XV в. относятся пластины поясного набора из монетно-вещевого клада, найденного в начале 1990-х гг. у д. Литва Молодеченского района Минской области. В комплекс клада входили одиннадцать круглых пластин, пряжка, наконечник, две квадратные накладки, составляющие единый поясной набор, четыре монеты, две из которых были отчеканены Вацлавом IV (1379—1419) на монетном дворе Кутна Гора в Чехии (определение В.Н. Рябцевича). Все одиннадцать пластин пояса, пряжка, наконечник и мелкие накладки выполнены из серебра, большая их часть украшена позолотой и чернью. М.Г. Крамаровский причислил его к кругу памятников малоазийско-латинской группы, выделенной им для восточно-крымской торевтики. Родившийся в Великом княжестве Литовском Хаджи Гирей с помощью великого князя Витовта около 1428 г. подчинил Крым и проводил политику сближения с Великим княжеством Литовским. Возможно, пояс из клада у д. Литва попал не территорию Литовской Руси в числе подарков Витовту или его двору, когда великий князь принимал в Минске татар с южных границ государства (Крамаровский, 1995. С. 42—43).

—87—


Возможно, часть рассматриваемых находок (керамика, элементы костяных накладок на колчан, серьги в форме вопросительного знака, накладки на сумку) были связаны с татарами, переселившимися на земли Великого княжества Литовского по приглашению великих князей литовских, которые высоко ценили их как отличных воинов. Первые письменные свидетельства о татарах на землях Великого княжества Литовского относятся к началу XIV в.: в 1316 и 1319 гг. татары принимали участие в битвах Гедемина с Тевтонским орденом (Гришин, 1995. С. 10). Возможно, после окончания походов часть из них осталась на постоянной военной службе в Великом княжестве Литовском. Массовое переселение татар на земли Княжества началось при Витовте (1392—1430). В самой Орде в это время были междоусобные войны между наследниками Чингисхана. Неизвестный автор «Трактата о польских татарах» (1558) писал: «Семьи нашего рода, уставшие от беспокойной жизни, переселились в ту сторону» (Гришин, 1995. С. 13; Muchliński, 1858. S. 250). Появившиеся в Великом княжестве Литовском ордынцы получали из рук великого князя вотчины, за которые несли военную службу. Сначала татары расселялись дисперсно отдельными слободами в районе Вильно, Гродно, Лиды, Новогрудка, Крева. Важно отметить, что значительная часть золотоордынских находок концентрируется именно в этом северо-западном, а также центральном регионе современной Беларуси.

Таким образом, находки, свидетельствующие о контактах средневековых городов Беларуси с Золотой Ордой, достаточно многочисленны и разнообразны. Они представлены изделиями из кости, цветных металлов, керамикой, которые свидетельствуют о присутствии как самих выходцев из Золотой Орды, так и их традиций, воспринятых в местной среде.

Библиографический список

Алексеев Л.В. Художественные изделия косторезов из древних городов Белоруссии // Советская археология. 1962. №4.
Археалогія Беларусі. Т. 4: Помнікі XIV—XVIII ст. Минск, 2001.
Гришин Я.Я. Польско-литовские татары. Наследники Золотой Орды. Kazan, 1995.
Гуревич Ф.Д. Древний Новогрудок. Окольный город. Л., 1981.
Зверуго Я.Г. Древний Волковыск X—XIV вв. Минск, 1975.
Квятковская А.В. Ятвяжские могильники Беларуси (конец XI — XVII в.). Вильнюс, 1998.
Коваль В.Ю. Восточная и византийская керамика из коллекции Национального музея истории и культуры Беларуси // Музейны веснік / Нацыянальны музей гісторыі і культуры Беларусі. Минск, 2005.
Крамаровский М.Г. «Когда кони были потны…» Крым и Литовская Русь по материалам Раковского клада XV в. // Эрмитажные чтения. Памяти В.Ф. Левинсона-Лессинга. СПб., 1995.
Крамаровский М.Г. Золото Чингисидов: Культурное наследие Золотой Орды. СПб., 2001.
Лесман Ю.М. Кашинные бусы в новгородской земле: материалы к изучению русско-ордынских связей // Новгородские археологические чтения. Новгород, 1994.
Лысенко П.Ф. Берестье. Минск, 1985.
Малиновская Н.В. Колчаны XIII—XIV вв. с костяными орнаментированными обкладками на территории евразийских степей // Города Поволжья в средние века. М., 1974.
Очерки по археологии Белоруссии / под ред. Г.В. Штыхова, Л.Д. Поболя. Минск, 1972. Ч. 2.
Пластыка Беларусі XII — XVIII стст.: альбом / аўт. і склад. Н.Ф. Высоцкая. Минск, 1983.
Седова М.В. Ювелирные изделия древнего Новгорода (X—XV вв.). М., 1981.
Сементовский А.М. Белорусские древности. СПб., 1890.
Штыхов Г.В. Раскопки в Лукомле в 1968–1969 гг. // Древности Белоруссии: докл. к конф. по археологии Белоруссии. Минск, 1969.
Muchliński A. Zdanie sprawy o tatarach litewskich // Teka Wileńska. 1858. Nr 4.