header photo

Главная - Костюм и ткани - Украшения и аксессуары

Исаков Р.В., Афонькое Н.Н., Шереметьев А.Г., Архангельский М.С. Парадный золотой пояс раннеджучидского времени из Мариенталя: историко-культурный и семантический аспекты исследования

Исаков Р.В., Афонькое Н.Н., Шереметьев А.Г., Архангельский М.С. Парадный золотой пояс раннеджучидского времени из Мариенталя: историко-культурный и семантический аспекты исследования // Этнические взаимодействия на Южном Урале. Челябинск, 2013. c. 212-226.

История находки. В июне 1929 г. в Саратове было получено телеграфное извещение о находке драгоценных вещей у села Мариенталь (Тонкошуровка, позже — Советское) Советского района Саратовской области: на них наткнулись местные

-212-


жители М. Герстнер и А. Мехер во время добычи суглинка в карьере. На место выехал известный археолог РНП Пауль Давидович Pay, выкупивший ряд вещей для музея. Археологами были расчищены остатки прямоугольной могильной ямы, ориентированной по линии В-3. В погребении располагался лежащий на спине скелет мужчины головой на запад. В могиле были найдены остатки парчи и шелка, обломки стрел, стремян, клинка сабли и обкладки луки седла. Кроме того, там находился ряд предметов из драгоценных металлов: серебряная ручка поясного ковша, обломки серебряных колец и невероятной красоты золотой пояс. Характер захоронения и инвентарь, позволяют отнести погребение к числу воинских, а наличие золотого пояса указывает на высокий статус погребенного. Пояс был датирован П. Д. Pay XIII-XIV веками [2, с. 188-189].
Следует оговориться, что существует и иная, неофициальная история находки пояса. Как было отмечено Pay, немецкие крестьяне проявляли живейший интерес к археологическим памятникам — они занимались их разграблением [14, с. 33-39]. Согласно ряду устных сведений, мариентальский пояс был добыт в ходе грабительских раскопок и впоследствии изъят сотрудниками ОГПУ после проведенного обыска у двух вышеозначенных местных жителей.
Без малого сто лет оставалось загадкой, что изображено на элементах пояса из Мариенталя. Для авторов это явилось толчком к написанию данной работы.
Критерии датировки статусных золотоордынских поясных наборов из зоны европейских степей. Выбор критериев для датировки статусных поясов, по мнению авторов, может быть обусловлен не общей датировкой погребального или кладового комплекса, в состав которого они входили. Это связано с тем, что совместное нахождение с четко датирующими предметами не всегда фиксирует точное время их изготовления и не всегда отсекает верхнюю границу их бытования. Общеизвестно, что статусные и вотивные предметы «жили долго», представляя собой особо ценностные категории, передаваемые из поколения в поколение.
Исходя из публикаций, посвященных статусным золотоордынским погребениям и кладовым комплексам, можно выделить следующие признаки присущие поясным наборам, характерным, в целом, для XIII в. и встречающихся в степях Евразии:
1. Состав набора (элементы укрупнены, без учета узких обоймиц): пряжка с щитком, хвостовик, три крупных подвижных обоймицы (две из которых с подвесными петлями), малые накладки (без учета их формы и количества).
2. Технологические особенности изготовления. Элементы выполнены:
а) с использованием выколотки по матрице с высоким рельефом, позволяющим достичь объемного изображения;
б) в технике ажурного литья с высоким рельефом.
3. Сюжетные изображения на элементах гарнитуры: выполнены в традициях, характерных для декоративного искусства северного Китая эпохи Ляо-Цзинь. Геральдические (и соответствующие им семантические) линии:
а) 花卉 — цветы и травы (в старинной китайской живописи четвертая группа сюжетов);
б) 荔枝 ( 仙花) — плоды и листья личи (императорский цветок);
в) 云龙 — достигшие облаков драконы (небесные);
г) 戏狮 — резвящийся лев (символ, отчасти, связан с влиянием буддизма);
д) 秋山 — горы в осеннем уборе (олени и другие животные в окружении растительности);

- 213 -


е) — весенние воды реки (водные птицы в окружении растительности).
4. Присутствие символики, олицетворяющей центральную власть (изображение чешуи на тыльной стороне крупных подвижных обоймиц, либо хвостовика; поясные элементы с изображением дракона).
5. Наличие в составе погребального, либо кладового комплекса поясного ковша с ручкой в виде протомы дракона.
База данных систематизирована с соответствующими статистическими выкладками, представленными в прилагаемой табл. 1, где указаны пункты обнаружения артефактов, материал из которого они изготовлены, а также соответствующие принципиально важные признаки.

Таблица 1

Поясной набор
Материал
Соответствие признакам
1
2
3
4
5
1 Курган в урочище Гашун-Уста, Ставропольский край [7] Золото
+ (д)
2
7 могильник Олень Колодезь, Каширский район Воронежской области [4]
Серебро
+
+
+ (г,д)
+
+
3 3 курган 15 Власовского могильника, Грибановский район, Воронежская область [5] Серебро
+
+
+ (а?)
+
-
4 Городище Красный Яр, Астраханская область [7] Серебро
+
+
+ (в)
+
-
5 Находка у поселения Карги в Поднепровье [8]
Серебро
+
+
+ (в)
+
(*)
6 Погребение на о-ве Березань в Днепровском лимане [8] Серебро
+
-
+ (в)
+
(*)
7 Находка из с. Ново-Подкряж в Приорелье [8] Серебро
+
+
+ (в)
+
(*)
8
Могильник Таш-Башат, Таласская долина, Киргизия [8]
Серебро
+
+
+ (д)
+
(?)

(*) —упомянуты серебряные поясные чаши, но нет информации об их ручках.
(?) — неизвестно, неопределенно.

Изображение дракона — одно из самых часто встречающихся на предметах материальной культуры золотоордынского сообщества. М. Г. Крамаровский [8] связывает его с личной эмблематикой хана и его гвардии и, позднее, армейского руководства. Авторы предполагают, что значение этого символа несколько шире. Вероятнее всего, дракон, являясь общеимперским символом, олицетворял верховную власть хана, носителями которой были и воинская элита, и кочевая аристократия, образующая армейский аппарат.
Примечательно, что в китайских «Историях» домонгольского времени нет упоминаний о разделении сюжета в зависимости от ранга или службы по гражданскому и военному ведомству (кроме личи; вообще могло быть 3, 5, 9 ягод). Напротив, в «Юань ши» «元史 舆服志» упоминается, что все чиновники с первого по девятый класс, кроме растительных декоров, на поясах могут носить: гражданские -только изображения птиц (но не животных); военные — только изображения «четвероногих» (но не птиц). «Четвероногие» — представители геральдической группы «д» в вышеизложенной выборке встречены дважды (отдельных находок и вырванных из контекста элементов с изображениями оленей — ланей на фоне цветущей природы гораздо больше). К этой же группе, предположительно, может быть отнесен поясной набор из могильника «Олень Колодезь». Хотя, возможно, изображения на его элементах так же могут входить в геральдическую группу «г». Сюжет (戏狮) — резвящийся лев, или, в нашем случае (兽) — хищный зверь, в «Истории Цзинь» не упоминается, на практике можно встретить буквально немногочисленные при-

-214-


меры. Вероятно, сюжет становится популярным именно в период предмонгольских завоеваний и, в общем характерен для периода Юань. Его появление напрямую увязывается с сэму (色目) — «цветноглазыми» (общее название немонгольских западных племен эпохи Юань). Эта этническая группа имела меньше прав, чем монголы, но больше, чем ханьцы.
С определенной долей вероятности, можно предположить, что золотоордынцы, носившие на своих поясах оленей и хищников, имели непосредственное отношение к армейскому аппарату управления. Возможно, изображение чешуи дракона на тыльной стороне накладок поясных наборов должно было подтверждать и подчеркивать эту причастность.
Предположение, высказанное М. Г. Крамаровским о разделении поясов на «воинские» и «охотничьи» [8] в рамках проведенного исследования подтверждения не нашло.
Взяв в качестве примера несколько парадных поясных наборов более позднего времени, датированных началом — серединой XIV века, можно проследить их практически полное несоответствие более ранним вариантам. Это вполне очевидно по результатам системного анализа, представленного в табл. 2.

Таблица 2

№ п/п
Поясной набор
Материал
Соответствие признакам
1
2
3
4
5
1 Клад у г. Симферополя [7] Золото
-
-
-
-
-
2 Акмолинская губерния [7] Золото
+
-
-
-
(?)
3 Курган 1 Белореченского могильника [3] Золото
+
-
-
-
-
4 Курган 2 могильника Высокая Гора [6] Серебро
-
-
-
-
-
5 Могильник Старая калитва 2 [5] Серебро
+
-
-
-
-

Руководствуясь этой же системой признаков, рассмотрим пояс, обнаруженный у села Мариенталь, и теперь вполне очевидно, что его показатели соответствуют группе XIII века (табл. 3).

Таблица 3

№ п/п
Поясной набор
Материал
Соответствие признакам
1
2
3
4
5
9 Село Мариенталь, Саратовская область [2] Золото
+
+
+ (б)
+
(*)

Учитывая совпадение, как минимум, по четырем из пяти признаков, можно заключить, что верхняя граница датировки этого поясного набора лежит на рубеже XIII и XIV веков, а предположительная дата его изготовления — середина XIII века.
При построении системы классификации поясных наборов М. Г. Крамаровский относит мариентальский пояс к группе с «ослабленной геральдикой». На этом основании он расширяет границы его датировки до середины XIV в. По мнению авторов, это ошибочное суждение, не учитывающее особенности техники изготовления и стиль декора, наличие орнамента в виде чешуи на тыльной стороне хвостовика, присутствие в погребении поясного ковша с ручкой. Роль изображения плодов личи в китайской системе рангов также осталась за рамками указанного анализа.

-215-


Прежде, чем перейти к более детальному рассмотрению орнамента на поясном наборе, обнаруженном у села Мариенталь, необходимо дать системный анализ элементам гарнитуры и выявить технологические особенности ее изготовления.
Описательная часть. Технология производства. Пряжка (ЭКМ 827 ДМ 54) состоит из полуовальной рамки, прямоугольного в сечении язычка и узкого прямоугольного щитка, скрепленных штифтом (рис. 1, А). Размеры рамки: длина 35 мм, ширина 23 мм, толщина 9,0 мм. Размеры щитка: длина 28,5 мм, ширина 11 мм с внешней стороны. Просвет: длина 24 мм, ширина 5 мм. Бес 21,6 г. Все элементы этого изделия отлиты в жесткой (каменной?) форме. Лицевая сторона рамки декорирована накладным, вероятно напаянным, рельефным элементом. Внешняя поверхность щитка гравирована зубчатым орнаментом, образованным повторяющимися линиями.
Лицевая часть хвостовика утрачена. Тыльная накладка хвостовика (ЭКМ 825 ДМ 52) представляет собой тонкую пластину с чеканным орнаментом в виде чешуи (рис. 1, Б). Размеры: длина 65 мм, ширина у основания 24 мм. Вес 4,1 г. В пластине имеются три небрежно выполненных отверстия, служивших предположительно для скрепления пластины и лицевой части наконечника. Чеканка достаточно грубая, не соответствующая уровню мастерства, с которым изготовлены прочие элементы поясной гарнитуры. Это может свидетельствовать о замене хвостовика в условиях кочевья в связи с утратой элемента-оригинала.
Крупные четырехлепестковые накладки-обоймы имеются в количестве трех экземпляров (ЭКМ 821/1-3 ДМ 48) (рис. 1, В). Две из них с петлей и одна «разделительная». Размеры: длина 50 мм, ширина 44-46 мм, высота (без учета П-образных дуг) 4,5-5,0 мм. Вес соответственно 29,61 г, 30,61 г, 30,49 г. Изготовлены в технике басмы из тонкой золотой пластины в несколько этапов. Предположительно, на первом этапе лицевая сторона накладок выколачивалась с помощью «мягкой» (свинцовой?) матрицы «жестким» чеканом с пуансоном (бронзовым?). На втором этапе, после получения общих очертаний, изделие накладывалось на «жесткий» пуансон и дополнительно выколачивалось через свинцовую пластину, с целью конкретизации деталей и рельефа. Возможно, изображение дорабатывалось специальными более тонкими чеканами. Следов подчистки штихелями не замечено.
Тыльные пластины обоймиц без орнамента. На каждую из них напаяны две вертикальные узкие П-образные дуги (шириной 6 мм) для продевания ремня. Просвет по высоте 5,0-5,5 мм, просвет по ширине 27-28 мм. В нижней части тыльных пластин сабельных обоймиц припаяна горизонтальная узкая (шириной 6,0 мм) П-образная дуга для подвесного ремня. Просвет по высоте 6,0 мм, просвет по ширине 12 мм.
По центру тыльных пластин всех обоймиц располагается круглое отверстие, диаметром 9,0 мм. Вероятнее всего, оно служило для заполнения внутреннего объема накладки пастой, с целью обезопасить рельеф от случайной деформации. Примером такого решения могут служить накладки-лунницы из «красноярского» поясного набора (см. [7]).
После обработки, лицевая сторона накладки скреплялась с тыльной и прочими элементами посредством пайки. Швы аккуратно зачищены напильником и заполированы.
Малые четырехлепестковые накладки-регуляторы подвесных ремней. В наборе два экземпляра (ЭКМ 823/1, ЭКМ 823 ДМ 50) (рис. 1а, Г). Размеры: длина 23 мм, ширина 18 мм, высота 7,0-8,5 мм. Состоят из двух половин, выколоченных из тонкой золотой пластины на матрице и скрепленных пайкой. Имеют сквозное прямоугольное отверстие для ремешка, с размерами: длина 10 мм,

-216-



Рис. 1.
Элементы мариентальского пояса:
А — пряжка (ЭКМ 827 ДМ 54); Б — тыльная накладка хвостовика (ЭКМ 825 ДМ 52); 6 — крупные обоймы
(ЭКМ 821/1—3 ДМ 48)

-217-



Рис. 1а.
Элементы мариентальского пояса:
Г — регуляторы подвесных ремней (ЭКМ 823/1, ЭКМ 823 ДМ 50); Д — малые четырехлепестковые накладки (ЭКМ 822/1-12 ДМ 49/1-9); Е - футляр для зубочисток (ЭКМ 826 ДМ 53)

-218-


ширина 4 мм. Рельеф высокий. Изображение четкое. Один из регуляторов сломан по месту пайки. Его вторая половина утрачена. На тыльной стороне видны четыре загнутых усика, обычно служащих для закрепления накладки на ремне.
Можно предположить, что изначально были изготовлены четыре малые че-тырехлепестковые накладки, которые впоследствии переделали в ременные регуляторы. Место скрепления половинок второго регулятора зачищено небрежно. Видны следы работы напильником. Это может косвенно подтвердить версию с переделкой накладок в регуляторы вне мастерской, в которой был изготовлен поясной набор, либо быть следами починки. Вес целого регулятора 6,39 г, сломанного — 3,41 г.
Малые четырехлепестковые накладки с острым верхним лепестком. В наборе их двенадцать экземпляров (ЭКМ 822/1-12 ДМ 49/1-9) (рис. 1а, Д). Размеры: длина 17 мм, ширина 17 мм, высота 4,0-5,0 мм. Бес 1,71-1,91 г. Выколочены на матрице из тонкой золотой пластины. Рельеф высокий. Изображение четкое. С тыльной стороны имеют два припаянных штифта, служащих для закрепления накладки на ремне. Штифты у всех накладок проходят сквозь тонкую прямоугольную пластинку с овальными окончаниями. Такая пластина не позволяет расклепанным штифтам прорвать кожу пояса и фиксирует положение накладки.
Добиться такого высокого рельефа и детализации, как на крупных четырехле-пестковых обоймицах, и при этом не допустить разрыва металла, используя технику выколотки крайне непросто. Сборка элементов, выбитых из очень тонких золотых пластиночек при помощи пайки, тоже достаточно сложный процесс, требующий от мастера высокого профессионализма и аккуратности. Это свидетельствует об изготовлении поясного набора в мастерской, где трудились люди, имеющие многолетний опыт и хорошо знающие традиции производства ювелирных изделий, в совершенстве владеющие широкими навыками приемов ремесла.
Учитывая параметры просветов щитка пряжки, ширину тыльной пластины хвостовика, а так же сквозных отверстий в ременных регуляторах, можно предположить, что ширина ремней составляла: поясного — не более 24 мм, подвесных — не более 10 мм. Вероятно также, что конструкция самого ремня соответствовала фрагментам аналогичных портупей, обнаруженных в статусных погребениях. К примеру, в кургане 7 могильника «Олень Колодезь» ремень состоял из двух полос тонкой, до 1 мм, кожи разной ширины. Узкая полоса была обернута широкой таким образом, что края последней соединялись в середине тыльной стороны. Получившийся трехслойный ремень был аккуратно прошит по краю [4]. Гарнитура поясного набора, по мнению авторов, могла располагаться на ремне слева направо следующим образом: пряжка, крупные обоймицы (с подвесами по краям, «разделительная» в центре), малые накладки, хвостовик (рис. 2).
В число вещей обнаруженных у села Мариенталь в комплексе с поясом, входит предмет из золота с подвесным кольцом (ЭКМ 826 ДМ 53), напоминающий колпачок или оправу (рис. 1а, Е). В инвентарных комплексах статусных золотоордынских погребений подобные артефакты неизвестны. Предмет имеет вытянутую цилиндрическую форму, сужающуюся к верхней части. Размеры: длина — 39 мм, диаметр нижний — 13x14 мм, диаметр верхний — 10 мм. Он собран при помощи пайки из двух основных элементов: из тонкой (приблизительная толщина около 0,4-0,5 мм) пластины и округлой крышечки с напаянной петлей для кольца. Само колечко диаметром 11 мм свернуто из гладкой проволоки. Предмет украшен полосами чеканного растительного орнамента. Нижний край декорирован выпуклым валиком

-219-


с частой горизонтальной насечкой, имитирующим рубчатую проволоку В 1 см от нижнего края расположено сквозное отверстие со вставленным и расклепанным на концах штифтом Вес 7,80 г
Как выяснилось, аналогичные предметы, являлись гигиеническим аксессуаром на поясе чиновничьего сословия в Китае — в период династии Сун и Юань и встречаются вплоть до этнографического периода [19] (рис 3) Цилиндрическая оправка в нашем случае представляет собой верхнюю часть футляра для зубочисток Нижняя часть следующим образом пробка утрачена
Историко-культурный и семантический аспекты исследования. Среди всех приведенных аналогов, мариентальскии пояс занимает особое место На всех элементах (исключая тыльную пластину хвостовика) входящих в поясной набор, изображены плоды в обрамлении удлиненных с волнистым краем листьев Подобный сюжет не встречается ни на одном из известных парадных поясов, входящих в круг золотоордын ских древностей
Фронтальным обзором материалов авторами выявлены аналогичные изображения на китайских ременных накладках, относящихся к периоду с X до XVII века [17] (рис 4) Ягоды мариентальского пояса являются плодами дерева личи Китай ские личи (лат. Litchi chinensis Sonnerat, кит. упр. 荔枝, палл.: личжи) — плодовое дерево семейства сапиндовых, известное также, как «лиджи», «лаиси», «лиси» и «китайская слива» Это вечнозеленое тропическое дерево высотой 10-30 м (обычно до 15 м), с раскидистой кроной Произрастает в Южном Китае и Юго-Восточной Азии Листья сложные, парноперистые (реже бывают непарноперистыми), состоят из 4-8 листочков вытянуто-яйцевидной или ланцетовидной формы с заостренным концом Листовая пластинка цельнокрайняя, сверху блестящая, темно зеленая, снизу серовато-зеленая.


Рис 2.
Реконструкция мариентальского пояса


Рис 3.
Китайский золотой футляр для зубочисток периода династии Мин гробница Ван Шици (1551-1618). Музеи провинции Чжэцзян [по http //blog 163 com]

-220-



Рис. 4.
Китайские накладки с личи (по [http://baike.baidu.com, http://blog.163.com]):
А — Си-ся, 1038-1227 гг. Золото. Музей Нинся-Хуэйского автономного района; Б — Династия Мин, 1368-1644 гг. Нефритовая вставка с декором личи. Музей провинции Хубэй; В, Г,Д — узор-личи [17, ил. 18-29. С. 279]

Плоды небольшие, овальные, длиной 2,5-4 см. Кожура их красного цвета, сухая, покрыта многочисленными остроконечными бугорками. Светлая желеобразная мякоть легко отделяется от кожуры, обладает сладким вкусом с небольшим винным оттенком. По вкусу личи напоминает виноград, но обладает легким вяжущим действием. В центре плода скрыта темно-коричневая косточка овальной формы [13] (рис. 5).
В одну из категорий традиционной китайской семантики входят плоды трех
растений: личи (荔枝), лонган (桂圓) и грецкий орех (核桃). Все они объединены одним понятием «округлая форма» — 圓, это слово имеет омоним 元 со значениями — «главный, исток, основа». В добавление, первый иероглиф 荔 в слове «личи», заключает в себе омонимы 俐 — «высокоморальный, умный» и 利 — «польза, лучшие качества». То есть, это игра смысла и слов, как образов. Потому иносказательное восприятие сюжета может быть описано формулой — «владелец этого пояса — основа высокой морали и избранных качеств (распорядитель)».
В современном Китае, образ личи — символ роскоши, реже, беспредельной любви. Согласно историческим заметкам, император Хэ-ди (89-105 гг.) династии Восточная Хань повелел наладить доставку в столицу Лоян, ко двору, свежих плодов личи с далекого юга. Расстояние в более чем 2000 ли (свыше 1000 км) нужно было преодолевать в краткие сроки, для чего была проложена специальная дорога,

-221-


учреждена эстафета, и, придуман способ сохранения плодов, так как они портятся уже после третьего дня. Спустя столетия, во времена династии Тан при императоре Сюань-цзуне (712-756 гг.), история повторилась, когда для любимой и печально знаменитой наложницы Ян Гуйфэй была учреждена и подобная дорога и эстафета. Безмерная роскошь и потребительский спрос двора, нашли отклик в едкой сатире танских поэтов, например, Ду Фу, Бай Цзюйи и Ду My. Только императоры могли позволить себе подобные слабости, поэтому плоды личи стали называть «императорскими».
Здесь необходимо перейти к ременным китайским гарнитурам. Сюжет «плод личи» или «императорский цветок» в Поднебесной — транзитный. Он возникает в X веке во времена династии Сун (960-1279 гг.) [17]. В «宋史 舆服志» официальной «Истории дома Сун, уложение о выездах и нарядах», где оговариваются правила ношения одежды для поддержания иерархических различий, упомянутый сюжет с личи (среди пяти прочих), является разрешенным для декорирования золотых накладок к поясам придворных чиновников [16]. Далее, декор личи прослеживается как непременный атрибут чиновника 3 и 4 ранга, включая династию Мин (1368-1644 гг.),— о чем подробнее ниже, в примерах из династийных хроник. Однако классические китайские поясные накладки имеют прямоугольную форму. Поясные накладки киданей, чжурчжэней и монголов, зачастую — четырехлепестковую или близкую формы, соотносящуюся с традиционным для них узлом счастья [9, с. 23-27]. Четырехлепестковая форма бляшек мариенталъского пояса соответствует вкусам «застенных варваров», то есть пояс был изготовлен специально для них, вероятно китайским мастером. Последнее допущение следует из того, что мастер детально передал внешний вид личи, следовательно, ранее уже изготавливал бляшки с подобным узором, или видел плод растения воочию, или хотя бы имел его подробное описание.

-222-


Безусловно, подобная эклектика (китайский имперский сюжет — четырехлепестковая «монгольская» форма накладки) отчасти была направлена на демонстрацию легитимности монгольской власти в Китае и пограничных территориях. Очевидно, в преемственности подобной традиции не последнюю роль сыграла деятельность Елюй Чуцая, советника Чингисхана и Угэдэя.
Ношение поясных блях в самой Поднебесной было строго регламентировано.
Б «Истории дома Юань, в уложении о выездах и нарядах» «元史 舆服志» пишут следующее: чиновники 1-го класса носят накладки на пояс из нефрита, 2-го — из рога носорога, 3-4-го — из золота с узором личи, 5-й и ниже — из менее ценных материалов [20]. С ней согласны, в соответствующих разделах, «История
Цзинь» «金史 舆服志» [18], и, «История Мин» «明史 舆服志» [11]. При этом главное значение имел сам массив золота. Однако там же декларировалось, что за особые заслуги жаловалось право носить пояса с декором личи мелким чинам, но тут же оговорено, что они были медными или серебряными в позолоте. Последнее подтверждается находками разрозненных бронзовых элементов поясной гарнитуры с узором личи, на памятниках чжурчжэней на Дальнем Востоке России [1].
Ранг чиновников 3-го и 4-го класса соответствовал центральному аппарату власти, то есть это были лица непосредственно приближенные к императору, таковыми являлись: 御史大夫 юйшидафу — цензоры, 中丞 чжунчэн — помощник цензора и 侍郎 шилан — товарищ министра.
Цензорат или Юйшитай (кит. упр. 御史臺, пиньинь: yùshǐtái, палл.: юйшитай, дословно «Терраса державных наблюдений») — орган надзора в Китае, осуществлявший надзор за чиновничеством и судопроизводством, подчинялся императору. Юйшитай существовал с Ханьских времен, а должность цензора-юши существовала и до того. В европейской традиции этот орган стали именовать «цензорат» по аналогии с древнеримскими цензорами. Юйшитай обладал судебными и надзорными функциями, которые были очень широкими. Юйшитай следил за службой всех чиновников, проверял отчеты, траты, рассматривал жалобы на чиновников и возбуждал дела против них, в случае выявления нарушения, проводил внеплановые проверки и служебные расследования (подробнее: [15]).
Монголы многое заимствовали из систем государственного управления покоренных народов. Как известно, администрирование в Монгольской империи вели образованные люди из числа киданей, уйгуров, тибетцев и китайцев. Этот факт способствовал легитимизации монгольской власти на оккупированных территориях. Так уже в 1231 году был создан высший гражданский административный орган «Дворцовый секретариат» (Чжуншушэн) — во главе с Елюй Чуцаем, которому подчинялись традиционные для Китая «Шесть Ведомств» (чинов, налогов, ритуалов, судебное, общественных работ и военное). А непосредственно при монгольском каане были учреждены «Военный совет» (Шумиюань) и «Цензорат» (Юйшитай).
Каким же образом пояс попал к его обладателю? Логично предположить, что такой статусный предмет:
1) мог быть подарком монгольскому послу на приеме, например, при сунском или тангутском дворе, и соответствовал взглядам китайской номенклатуры на иерархическое положение монгола-посла;
2) пояс был изготовлен в подвластных монголам землях, например, Пекине (или, в самом Каракоруме), китайскими мастерами, в тех же целях — подчеркнуть статус владельца (на китайский манер), как ханского доверенного лица.

-223-


Кому мог принадлежать пояс? Ответить на этот вопрос весьма сложно. Если принять небезосновательное предположение Л. Ф. Недашковского [12] о том, что территория Лисьей Балки у села Советское Саратовской области представляла собой летник Бату, то пояс мог принадлежать человеку, непосредственно сопровождавшему Бату в походе в Волжскую Булгарию и западные территории, и оставшемуся с ним. Либо человеку, который прибыл ко двору Батыя или его преемников, например, с посольством из Каракорума или Пекина, и почил на месте.
Кроме того, пояс мог быть пожалован вместе с соответствующим иерархическим рангом.
Как предполагает А. Г. Юрченко, все монгольские офицеры высоких рангов, погибшие во время венгерского похода, транспортировались для погребения в Монголию [21, с. 287-304]. Однако, сомнительно, что в период обособления Улуса Джучи завоеватели твердо следовали этим правилам. Не исключено, что погребение высших чинов военного аппарата осуществлялось уже в Золотой Орде.
Поиски конкретного лица, носившего пояс, практически нереальны, однако, на наш взгляд, учитывая высокий социальный ранг обладателя, имя его могло сохраниться в китайских документальных хрониках. Возможно, дальнейшие исследования смогут пролить свет на личность хозяина пояса, несомненно, относившегося к кругу степной элиты.
Следует отметить, что между Улусом Джучи и юаньским Китаем длительное время осуществлялись политические, экономические и прочие связи. В качестве примера взаимоотношений между правящими элитами Поднебесной и Золотой Орды, можно привести весьма показательный пример. «Во втором году девиза царствования Чжи-юань (1264 г.) Юецзибе прислал послов (в Пекин), просил выделить ему земли и назначить ежегодные пожалования (передать доход с этих земель) с тем, чтобы оказать помощь армии и (содержанию) почтовых станций. У столицы (Пекина) изначально не имелось (во владениях Юецзибе) управляемых ею административных центров (фу, губернаторств), [поэтому] в третьем году девиза царствования Чжи-юань (1265 г.) императорский секретариат (Чжуншу) подал императору (Хубилаю, Ши-цзу) прошение об учреждении (во владениях Юецзибе) управлений цзунгуаньфу (генерал-губернаторств). (Самому Юецзибе) пожаловали основной рант третьей степени и печать. В первом году девиза царствования Чжи-да (1308 г.) Юецзибе умер. Ему наследовал его сын Чжагунбе. При его правлении ему по прежнему были выделены и пожалованы земли пяти округов Пиньян, Цзиньчжоу, и Юнчжоу. С ежегодным доходом с этих земель в перечне на ассигнации в 2400. Средства начали выделять с пятого года девиза царствования Чжи-юань под циклическими знаками сы-мао (1339 г.)» [20] (цит. по: [10, с. 32]).
Как указано в приведенном выше тексте, представитель административно-военного аппарата Улуса Джучи получил основной ранг третьей степени, предполагающий вручение золотого пояса с личи, согласно китайским дворцовым предписаниям. Безусловно, невозможно проведение прямых корреляций между властной иерархией юаньского Китая и военно-административным аппаратом Джучиева Улуса, в силу культурных, идеологических и ментальных различий. Однако, нельзя полностью отрицать хотя бы некоторое сходство в управленческой модели. Безусловно, представители монгольской элиты вряд ли постигали тонкости китайских семантических конструкций, однако, по мнению авторов, им хорошо были знакомы атрибуты власти Имперского Китая. Подобная атрибутика должна была подчеркивать статус военных-чиновников и на удаленных от Китая территориях зарождающейся Золотой Орды.

-224-


Этому вопросу авторы намерены посвятить дальнейший вектор своей работы.
Б заключение, авторский коллектив выражает благодарность Энгельскому краеведческому музею (в лице О. В. Сергеевой и Е. Н. Плаховой) за предоставленные материалы, а также В. А. Лопатину (Саратовский государственный университет) за критический просмотр рукописи.

Литература
1. Васильев, Ю. М. Погребальный обряд покровской культуры (IX-XIII вв. н. э.) / Ю. М. Васильев. Владивосток, 2006.
2. Гарустович, Г. Н. Раскопки П. Д. Pay 1929 года на территории Республики немцев Поволжья / Г. Н. Гарустович, А. И. Ракушин, А. Ф. Яминов // Средневековые кочевники Поволжья (конца IX — начала XV века). Уфа, 199S.
3. Горелик, М. В. Уникальное погребение воина золотоордынского времени на реке Белой / М. В. Горелик, И. А. Дружинина // Батыр. М., 2011. № 1.
4. Ефимов, К. Ю. Золотоордынские погребения из Могильника Олень Колодезь / К. Ю. Ефимов // Донская археология. Ростов н/Д., 1999. № 3-4.
5. Кравец, В. В. Кочевники Среднего Дона в эпоху Золотой Орды / Б. В. Кравец. Воронеж, 2005.
6. Кравец, В. В. Погребения кочевой знати золотоордынского времени в курганной группе «Высокая гора» на юге Воронежской области / В. В. Кравец, В. Д. Березуцкий, А. А. Бойков // Донская археология. Ростов н/Д., 2000. № 3-4.
7. Крамаровский, М. Г. Золото Чингисидов: джучидская сокровищница / М. Г. Крамаровский // Сокровища Золотой Орды. СПб., 2000.
8. Крамаровский, М. Г. Новые материалы по истории культуры ранних Джучидов: воинские пояса конца первой половины вв. (источниковедческие аспекты) / М. Г. Крамаровский // Источниковедение истории Улуса Джучи (Золотой Орды). От Калки до Астрахани 1223-1556. Казань, 2001.
9. Кугай, В. Г. Металлические ажурные привески из районов Амура и Северного Приморья / В. Г. Кугай, И. С. Жущиховская // Родная старина. 2010. № 1.
10. Кычанов, Е. И. Сведения из «Истории династии Юань» («Юань ши») о Золотой Орде / Е. И. Кычанов // Источниковедение истории Улуса Джучи (Золотой Орды). От Калки до Астрахани 1223-1556. Казань, 2001.
11. Мин ши. Цз. 67 [Электронный ресурс]. URL: http://www.guoxue.com/wenxian/wxshi/wxshi.htm
12. Недашковский, Л. Ф. Золотоордынские города Нижнего Поволжья и их округа / Л. Ф. Недашковский. М., 2010.
13. Новак, Б. Тропические плоды. Биология, применение, выращивание и сбор урожая / Б. Новак, Б. Шульц. М, 2002.
14. Pay, П. Д. Курганы и древние находки в представлении крестьян немецкого Поволжья / П. Д. Pay // Материалы междунар. науч. конф., посвящ. 100-летию со дня рождения П. Д. Pay (1887 — 1997), г. Энгельс, Сарат. обл., 12-17 мая 1997 г. «Эпоха бронзы и ранний железный век в истории древних племен южнорусских степей». Саратов, 1997.
15. Рыбаков, В. М. Танская бюрократия. Ч. 1. Генезис и структура / Б. М. Рыбаков. СПб., 2009.
16. Сун ши. Цз. 153. [Электронный ресурс] URL: http://www.guoxue.com/wenxian/wxshi/wxshi.htm
17. Цзи, С. Чжунго гудайде дай цзюй (Древнекитайская ременная гарнитура) / Сунь Цзи // Чжунго гу юфу лунь (Древнекитайские выезды и наряды, сборник статей). Вэньу чубаныпе (Изд-во культур, наследия), 2001.
18. Цзинь ши. Цз. 43. [Электронный ресурс] URL: http://www.guoxue.com/wenxian/wxshi/wxshi.htm
19. Чжишуй, Я. Шицзин минъу синь чжен (Классическая поэзия о сущности вещей, новые свидетельства) / Ян Чжишуй. Бэйцзин гуцзи чубаныне (Пекин, изд-во древ. лит.). 2000.
20. Юань ши. Цз. 78. [Электронный ресурс] URL: http://www.guoxue.com/wenxian/wxshi/wxshi.htm

-225-


21. Юрченко, А. Г. Тайные монгольские погребения (по материалам францисканской миссии 1245 года) / А. Г. Юрченко // Степи Европы в эпоху средневековья. Т. 6. Золотоордынское время: сб. науч. работ. Донецк, 2008.
22. В статье использованы тексты и фотоматериалы китайских электронных ресурсов. URL: http://baike.baidu.com; http://blog.l63.com

-226-